Москва навсегда. О нелюбви и не только - Сергей Жарков

Таксист собрался прокрутить волну дальше…

– Подождите, давайте послушаем, – остановил его Андрей.

– Итак, это беспрецедентный случай в истории России! Задержан действующий глава региона, губернатор Новосибирской области. Прокомментируйте сложившуюся ситуацию?

В ответ раздался булькающий сипловатый голос.

– Последние несколько месяцев в Новосибирской области сотрудники правоохранительных органов, отдела по борьбе с организованной преступностью выявили коррумпированную группу лиц. В группу были вовлечены крупнейшие бизнесмены Новосибирска, Тюмени, Кемерово, Красноярска, других городов. Соучастниками стали крупнейшие чиновники регионов, видные спортсмены, деятели культуры. Их целью была неуплата и сокрытие налогов в федеральный бюджет, мошенничество в особо крупном размере, какие дальнейшие планы были у обвиняемых, предстоит разобраться следствию.

– Кого-то еще, кроме губернатора Новосибирской области, задержали?

– Нескольким лицам, по сведениям отдела по борьбе с оргпреступностью, удалось скрыться. Кто эти лица, в ближайшее время будет сообщено СМИ, их фамилии будут переданы в международные органы, Интерпол. Пока, в интересах следствия, фамилии не сообщаются…

«Вот это да… – подумал про себя Крайнов. – Что теперь с Нестеровских? Он среди этих лиц? Организаторов? Наверняка… Вот и повоевал с москвичами…»

– Приехали, – прервал его мысли веселый старик-таксист, кивнув на желтоватую громадину Казанского вокзала.

– Да, да, спасибо, – сказал Андрей и, рассчитавшись, вышел из машины.

Он глянул на стоящий напротив Ленинградский вокзал, его часы показывали десять утра. Крайнов, сдав вещи в камеру хранения, вспомнил о небольшом скверике за Казанским, пошел в его сторону, добравшись, сел на одну из скамеек, стоявшую под зеленой липой. «Ну вот и все, закончилась моя московская жизнь, куда теперь?.. – думал он. – Новосибирск нет, Питер нет, Махачкала…». Он вспомнил, как, прождав неделю и не дождавшись Катиного звонка, звонил ей, слушая короткие гудки телефона, звонил в редакцию, услышал в трубке веселое обещание, что Кате обязательно передадут. Его мысли неожиданно прервал советский марш, зазвучавший из всех динамиков площади трех вокзалов: «Утро красит нежным светом стены древнего Кремля! Просыпается с рассветом вся советская земля!»

«Что за праздник сегодня? – подумал Андрей, попытался вспомнить и не вспомнил.

«Вот когда встречаться парам! Говорлива и жива – по садам и по бульварам растекается Москва!» – кричали динамики.

«Что я звонил, что толку от этих звонков… Снова поеду, поеду к ней, сразу все скажу, и все. И теперь-то она уже будет со мной навсегда…» Ему показалось, что зазвонил телефон.

«Кипучая, могучая, никем не-по-бе-димая! Страна моя! Москва моя! Ты са-мая любимая!» Он вытащил трубку из кармана брюк, в самом деле, таким же веселым маршем попискивал его телефон. Он глянул на неизвестный номер: «Кто это, кто это…» Тысячи вариантов мелькнули за мгновенье в его голове, а сердце во всю силу, пробивая грудь, стучало об одной…

– Алле, кто это? – спросил Андрей в трубку. В трубке что-то захрипело. «Неужели не она… неужели не она… не она… она…» – со страшной силой билось в его груди.

– Алле, ты меня слышишь? Я поменяла номер и здесь плохая связь… «Это она! Это она!!! Это она!!!!» Он от радости вскочил на ноги.

– Алле! Это ты?!! – закричал он в трубку, перекрикивая Кибалко вместе с его хором. – Это ты, Катя?!!

– Алле, Андрей, здесь плохая связь… – кричала она в ответ в трубке.

– Льется песней необъятной над красавицей Москвой! – кричал Кибалко.

– Алле, алле, это ты? Катя, это ты?! – кричал он в ответ.

– Алле, алле, ты слышишь меня, Андрей?!

– Очень плохая связь! – кричал он в трубку так сильно, что сизые голуби, клевавшие хлебные мякиши, оставленные московскими старухами, испуганно дергали шеями…

– Это ты, Катя?!!

– Да, да, Андрей, это я, Катя!